... В самолете перед нами снова встала геркулесова задача прикрепить мою подружку к креслу, а потом уже в воздухе развязать ее, но это была последняя фаза нашего совместного путешествия.
До сих пор местность, над которой мы пролетали, была типичной пампой с группками небольших холмов кое-где, но в основном плоской и невыразительной. Теперь холмы стали попадаться все чаще и чаще и становились все выше и выше, а их склоны были покрыты кустами и гигантскими кактусами, похожими на громадные сюрреалистские канделябры. А потом начались воздушные ямы.
Первая оказалась довольно большой, и пока самолет падал, у меня было такое ощущение, будто желудок отделился от тела и парит футах в ста над головой. Моя подруга, которую яма застала на середине какой-то запутанной и (для меня) совершенно невразумительной истории, случившейся с ее дальней родственницей, широко открыла рот и так пронзительно закричала, что весь самолет пришел в замешательство. Потом, к моему облегчению, она залилась счастливым смехом.
– Что это было? – спросила она меня.
При своих ограниченных знаниях испанского языка я сделал все возможное, чтобы объяснить тайну воздушных ям, и в основном мне это удалось. Она потеряла всякий интерес к истории с родственницей и стала нетерпеливо ждать новой воздушной ямы, чтобы полностью насладиться ею, ибо, как она объяснила, к первой она не была подготовлена. Вскоре oнa была вознаграждена прекрасной воздушной ямой и приветствовала ее восторженным визгом и взрывом довольного смеха. Она вела себя, как ребенок, катающийся на ярмарке с американских гор, и считала все это особой услугой, которую авиакомпания оказывала ей ради ее увеселения, – чем-то вроде только что съеденного завтрака. Остальные пассажиры, по моим наблюдениям, не испытывали такого удовольствия. Они сердито смотрели на мою толстую соседку, и лица их с каждой минутой становились все более зелеными.
Теперь мы летели над совсем высокими холмами, и самолет то падал, то взмывал вверх, словно потерявший управление лифт. Человек, сидевший по ту сторону прохода, стал зеленым до такой степени, до какой, по моим прежним представлениям, человеческая кожа доходить не могла. Моя соседка тоже заметила это и стала само сострадание. Она наклонилась к нему.
– Вам плохо, сеньор? – спросила она.
Он молча кивнул.
– О, бедняжка, – сказала она, покопавшись в своей сумке и вытащив огромный пакет с липкими и пряными леденцами, – они очень хорошо помогают от болезни, угощайтесь.
Бедняга взглянул на ужасную слипшуюся массу в бумажном пакете и отчаянно замотал головой. Дама пожала плечами и с жалостью посмотрела на него. Потом она кинула себе в рот три конфеты и стала энергично и громко сосать их. И тут она вдруг заметила то, что прежде ускользало от взгляда ее зорких глаз, – пакет из оберточной бумаги, засунутый в карман на спинке кресла впереди нас. Она вытащила его и заглянула внутрь, по-видимому надеясь найти там еще один щедрый подарок доброй авиакомпании. Увидев, что пакет пуст, она подняла на меня озадаченный взгляд.
– Для чего это? – шепотом спросила она.
Я объяснил. Она подняла пакет и быстро окинула его взглядом.
– Ну, – сказала она, подумав, – если бы мне стало нехорошо, то потребовалось бы что-нибудь повместительнее.
Человек, сидевший по ту сторону прохода, бросил взгляд на ее объемистые формы и на маленький бумажный пакетик. Слова ее вызвали в его воображении такую картину, которой он уже не мог вынести, и, круто нырнув за собственным пакетиком, он зарылся в него лицом.
Когда в конце концов самолет сел и мы вышли, у всех пассажиров, кроме моей соседки и меня, был такой вид, словно они только что испытали на себе свирепую силу урагана...
На горизонте показался Мишка Квакин! -- громко доложил наблюдатель. -- Идет по той стороне улицы. Жрет яблоко. Тимур! Выслать команду: пусть дадут ему тычка или взашеину!
- Ваше величество, с ним ведь все не так просто. С ним всегда морока. Небось опять задурил всем головы.
- Он что же, по-вашему, начал им что-то рассказывать?
- Наверное, что-нибудь насчет охоты.
- На кого?
- На мамонта, кажется. Он стрелял ему в лоб, а у того выросло на голове вишневое дерево.
- У кого выросло?
- У медведя.
- А стрелял в мамонта?
- Вы только не путайте! Он выстрелил в медведя косточкой от черешни. Это всем известно.
- Нет, нет. Стрелял он, во-первых, не черешней, а смородиной.
- Правильно, когда тот пролетал над его домом.
- Медведь?
- Ну не мамонт же. Их там была целая стая.
- Дорогая, мы так много лет прожили вместе, уже успели надоесть. Может пришло время отдохнуть друг от друга?
- Хорошо, дорогой. Только вот ты взял меня вдовой, вдовой уж и отпусти
Майский жук сослепу налетел на Незнайку и ударил его по затылку. Жук в ту же минуту улетел и скрылся вдали. Незнайка вскочил, стал оглядываться по сторонам и смотреть, кто это его ударил. Но кругом никого не было. "Кто же это меня ударил? -- думал Незнайка. -- Может быть, сверху упало что-нибудь?" Он задрал голову и поглядел вверх, но вверху тоже ничего не было. Только солнце ярко сияло над головой у Незнайки. "Значит, это на меня с солнца что-то свалилось, -- решил Незнайка. -- Наверно, от солнца оторвался кусок и ударил меня по голове". Он пошел домой и встретил знакомого, которого звали Стекляшкин. Этот Стекляшкин был знаменитый астроном.- Слушай, Стекляшкин, -- сказал ему Незнайка. -- Ты понимаешь, какая история вышла: от солнца оторвался кусок и ударил меня по голове. -- Что ты. Незнайка! -- засмеялся Стекляшкин. -- Если бы от солнца оторвался кусок, он раздавил бы тебя в лепешку. Солнце ведь очень большое. Оно больше всей нашей Земли. -- Не может быть, -- ответил Незнайка. -- По-моему, солнце не больше тарелки. -- Нам только так кажется, потому что солнце очень далеко от нас. Солнце -- огромный раскаленный шар. Это я в свою трубу видел. Если бы от солнца оторвался хоть маленький кусочек, то он разрушил бы весь наш город. -- Ишь ты! -- ответил Незнайка. -- А я и не знал, что солнце такое большое. Пойду-ка расскажу нашим -- может быть, они еще не слыхали про это. А ты все-таки посмотри на солнце в свою трубу: вдруг оно на самом деле щербатое! Незнайка пошел домой и всем, кто по дороге встречался, рассказывал: -- Братцы, вы знаете, какое солнце? Оно больше всей нашей Земли. Вот оно какое! И вот, братцы, от солнца оторвался кусок и летит прямо к нам. Скоро он упадет и всех нас задавит. Ужас что будет!!!
